Взлом повестки в составе группы лиц по предварительному сговору

Иван Давыдов — о пропаганде в современной России
24.11.2017
10390
0

Рассуждая о коррупции, мы обычно представляем себе стиль мышления и действий стандартного российского чиновника. Как это работает? А вот как: чиновник замышляет какое-нибудь ковровое благоустройство. Между прочим, в результате вполне может выйти что-нибудь полезное и нужное обществу, так тоже бывает. Вопрос только в цене. Учиняя благоустройство со взломом, чиновник закладывает в проект массу возможностей – от раздачи подрядов фирмам родственников и иных правильных людей и до откатов, которые на всех уровнях получат его коллеги, причастные к священнодействию. И мы понимаем – так и должно быть, это традиция, чтобы не сказать – скрепа. Здесь есть схема, есть технология, она более или менее поддается расследованию, и почти наверняка найдется журналист, который выведет чиновника на чистую воду, обнаружит активы его двоюродных племянников, сумевших по милости чиновника заработать, и дальних знакомых четвертой жены, которые тоже без профита не остались. Приложит к публикации фотографии вилл, яхт и копии банковских документов. Общественность лениво ужаснется, чиновник вздохнет, оскорбится, может быть, и себе во утешение отправится обдумывать проект очередного благоустройства. Потому что никакой связи между карьерой чиновника и процессом выведения его на чистую воду нет.

Из действий таких чиновников складывается наша общая беда (мы еще по привычке называем ее Россией), но в их действиях нет стратегии. Одна только жажда жрать, уму обычному, нечиновному не всегда и понятная – можно ведь лопнуть, если столько есть, однако они едят и не лопаются, чудо.

Стратегия обнаруживается там, где за работу берется государство, где чиновники действуют не как флибустьеры-одиночки, а как организованная (пропустим для разнообразия еще один эпитет) группировка, где речь не о несчастных подрядах на цемент, а о вещах посерьезнее. Когда украсть надо не деньги, а наши права, гарантированные Конституцией, например. Ну, или, допустим, возможность расставлять приоритеты в информационном поле.

Как это работает? А вот как это работает. В сентябре (!) под Челябинском, на принадлежащем «Росатому» химкомбинате «Маяк» произошла утечка радиоактивного изотопа рутений-106. За день, пишут, ПДК рутения в воздухе превысила годовую норму в 10 000 раз. Представить себе, что факт этот смогли бы скрывать в течение двух месяцев не то что в страшных девяностых, но даже и в перестроечном Советском Союзе (а перестроечный Союз оставался тоталитарным государством, между прочим), просто невозможно. В счастливой и стабильной путинской России – успешно скрывали. Но и когда (случайно, скорее, – по недосмотру Росгидромета) история сделалась известной, темой номер один она не стала. Потому что школьник из Нового Уренгоя Николай Десятниченко выступил в бундестаге со знаменитой теперь речью, с простой человеческой речью об ужасах прошлой войны и недопустимости новой, после чего все государственные пропагандисты ринулись топтать школьника, пока лично Дмитрий Песков пропагандистов не осадил. Оскорбленным активистам, впрочем, и Песков не указ, это люди сообразительные, вроде министра образования Ольги Васильевой, детского омбудсмена Анны Кузнецовой и человека-флюгера Владимира Соловьева догадались, что травить Десятниченко уже не модно, а оскорбленные активисты-общественники всех мастей до сих пор на фронте.

Вред пропаганды не только в том, что пропаганда врет и оболванивает людей, не выработавших в себе навыка к критическому мышлению. Пропаганда (если только это по-настоящему тотальная, масштабная пропаганда, ну, как в современной России, например) очень резко ограничивает пространство маневра для тех, кто пытается пропаганде противостоять. Задает правила игры, внутри которых ты можешь существовать только в диалоге с ней – опровергая ее ложь, пытаясь отбить ее жертв. И публика жаждет не правды, а битвы. Места для разговора о действительно важных вещах – а выброс рутения под Челябинском это важная вещь – не то чтобы не остается, но разговор такой сдвигается на периферию общественного сознания, оказывается темой второстепенной, маргинальной, скучной. Новый спор о войне, которая на наше счастье 72 года назад кончилась, – важнее. В десять тысяч раз важнее.

Поэтому на сайте «Вестей» появляется новость с глумливым заголовком: «Над Башкирией прошел безопасный рутениевый дождь». И все. А в эфире «Вестей», кстати, вообще ничего не появляется. Ждать ли через некоторое время заголовка «На Южном Урале родились симпатичные трехголовые дети» – гадать не возьмусь. Но не удивлюсь, если такой заголовок будет.

В так называемой Луганской народной республике – что-то вроде государственного переворота, а также войска братской Донецкой республики (тоже так называемой). Обе республики – российские марионетки и содержатся на наши деньги, между прочим. Их борьба за светлое будущее была нервом пропаганды в течение последних трех лет. Но вот именно сейчас почему-то пропаганда о них забыла, новости из ЛНР – сухие, скучные, бессодержательные, как будто там не происходит вообще ничего. Зато депутаты ГД уже пошли в атаку на фестиваль «Артдокфест», где собираются показать украинский фильм про АТО. Это, конечно, насущнее, чем настоящая война «республик».

Такую вот систему по взлому повестки выстроить – это вам не мешок цемента украсть и даже не вагон плитки. Это дорогого стоит. А главное – есть подозрение, что наличествует трудноописуемая, но ощутимая связь между этой системой, которая работает вполне эффективно, и тем, что очередной мелкий или крупный государственный вор после любого, даже самого качественного журналистского расследования, вскрывающего суть его трудов по незаконному обогащению, не просто остается безнаказанным, но продолжает свои труды. Идет обдумывать очередное благоустройство.

Теги:
var SVG_ICONS = ' ';